Владимир Стус о новой хронологии.

Меня часто спрашивают о моем отношении к новой хронологии. Пришел, наконец, тот момент, когда можно сделать детальный подробный ответ об отношении, потому что отношение не однозначное. Тема крайне поляризована, люди либо являются ярыми сторонниками, либо ярыми противниками. Для научной дискуссии это не характерно, там, где люди могут найти язык по другим вопросам, то эта тема поляризует примерно так же, как поляризует тема любой войны. Приведу других пару примеров. Не менее острые полемики, не менее дискуссионные вопросы, тем не менее они не вызывают поляризацию. Существует, если не изменяет память, порядка пяти гипотез возникновения Луны. Я не видел, чтоб так, до хрипоты спорили. Доходит до того, ослами называют, дебилами, когда говорят лженаука, это еще мягко, толерантно, можно сказать, оппоненты друг друга, нигде этого не наблюдается. Другой пример. Традиционно считается, что динозавры вымерли вследствие падения метеорита, так вот это считают не палеонтологи. У палеонтологов преобладает другая точка зрения. Динозавры вымирали в течение многих миллионов лет, был ряд волн вымирания динозавров, вымерли не все динозавры, птицы-то сохранились. И там свои причины, может быть, какая-то и была, связанная с метеоритом, но она не является доминирующей. То, что естественно для физиков, та причина, она абсолютно неестественна для палеонтологов. Ну и что? Есть две научные точки зрения в разных областях науки и люди не бросают друг в друга виртуальные помидоры, что тут происходит, почему такое отношение. Почему Фоменко, ладно, обвиняли в лженауке, почему обвиняли, в том, что он подрывает устои марксистского мировоззрения и научного марксизма? Почему на него писали жалобы в ЦК КПСС, требовали рассмотреть дело и так далее. Фактически шили ему образ врага народа, ладно, Советского Союза нет, а полемика осталась. Тот же уровень полемики остался. В чем причина этого. На мой взгляд, причина в истории. Собственно, почему меня заинтересовала эта тема, я являюсь одним из немногих людей, которые являются потребителями интерпретации истории. Через историка проходит множество исторических материалов, исторических данных разных форматов, разной степени достоверности, причем большую часть этих достоверностей он сам проверить либо не может, либо вообще не знает. Продуктом труда историка является интерпретация истории. Я являюсь, к сожалению, одним из немногих, кто эту интерпретацию использует по назначению, мои прогнозы основаны на интерпретации истории. Создана модель развития технологической цивилизации, на основе которой я делаю прогнозы. Эти прогнозы выполняют роль наблюдательного эксперимента, я работаю в том режиме, в котором работают синоптики, прогнозируют погоду. Когда я публиковал статью о том, чем измерять погрешность исторических интерпретаций, там идея была простая, погрешность интерпретации истории толкования определяется погрешностью прогноза на его основе. Я не считаю, что я автор, я не смотрел, кто еще до меня предлагал это, я уверен, что это сотни людей. Эта идея лежит на поверхности, она, на мой взгляд, очевидна. Я ни в коем случае не приписываю себе авторство. Ведь прошлое проверяется будущим, история нужна для того, чтобы мы лучше представляли свое место на шкале времени и лучше прогнозировали будущее. Удивительная была реакция историков на это. Но возразить что-то историкам в этом плане сложно. Дошло до того, что один из историков сказал, что история не может прогнозировать, потому что история – это экспертная дисциплина, она не прогнозирует. Когда я это прочитал, я понял, что дальнейшая дискуссия с историками непродуктивна. Если историки признают, что история – это экспертная дисциплина, тем самым они признают, что история не наука. Есть наука, есть экспертная дисциплина. Фоменко обвиняют в лженаучности, а наука-то где? По отношению к чему его обвиняют в лженаучности. Покажите мне прогнозы, которые основаны на этом анализе, на трактовке официальной истории разных стран и по качеству этих прогнозов можно судить о достоверности и о погрешности этой трактовки. Этих прогнозов историки не дают. Мы имеем огромное историческое поле экспертной мысли в прошлом и абсолютно пустое или почти пустое, ноль по отношению к будущему.

Одна причина такой резкой поляризации в том, что история – это не наука. Когда я говорю, что история не наука, а экспертная область, это не есть оскорбление. Например, медицина тоже не является в чистом виде наукой. Это соединение науки, искусства и та же самая экспертная область. Когда у каждого что-то заболит, мы же бежим к врачу, и нас не волнует, что это не наука, не полностью наука. Точно так же и история, как экспертная область – это абсолютно нормальный, необходимый и нужный общественный институт, который достоин уважения.

Другой причиной поляризации является то, что этот институт истории в каждом государстве направлен не столько в научных целях, в познавательных целях, сколько в формировании и поддержании государственного мифа. Государство, как минимум, позиционирует себя, что это особенное государство, что мы живем в особенное время, а вы граждане не просто рядового государства на огромном промежутке временной шкалы, а одного из, по меньшей мере. А по максимуму мы видим пример: Россия – священная наша держава, сакрализация власти. Наше государство является священным. Та же Америка позиционировалась и позиционируется, как новая земля обетованная, новая Палестина. Любое нормальное государство себя сакрализирует. Понятно, авторитарное или сословное в большей мере, демократическое в меньшей мере, история нужна для поддержания этого государственного мифа. Историки финансируются государством и эта функция истории по обслуживанию государственного мифа, по обслуживанию государственной идеологии не менее важна, и это является другой причиной вот этой резкой поляризации. Заполитизированность, заидеологизированность истории, независимо от того, нет объективной истории, слишком большое влияние государства, не зависимо от типа государства. В лучшем случае, государство может себе позволить закрывать глаза на деятельность таких людей, как я, того же, считаю себя последователем Арнольда Тойнби, просто закрывали глаза. В худшем случае, государство репрессирует таких людей, но государство всегда влияет на историю. Для государства исторический миф – это тот базис, на котором оно находится. Вот и столкновение мифов, ведь в разных странах существуют разные школы. Можете себе представить, чтобы французская школа физики так спорила с российской, как это в исторической сфере сейчас происходит? В этом причина той поляризации мнений по отношению к новой хронологии.

Если на выходе труда историка является интерпретация истории, то на выходе моего труда является прогноз. Прогноз, который имеет погрешность, у которого погрешность не от меня зависит, от моего личного мнения, а погрешность метода прогнозирования и, естественно, этот прогноз возможен как вперед по времени, так и назад по времени. Базовый прогноз на ближайшие десятилетия называется «Вторая Тридцатилетняя война». Другой прогноз, другая статья, которая тоже и прогноз вперед и прогноз назад, это «Об объективных причинах мировых войн». Это как пример, они опубликованы, можно взять и посмотреть. Там вопрос не в том, чтоб соглашаться, вопрос в том, чтобы относиться к этому, как к прогнозу погоды. Есть определенная погрешность, хотите используйте, хотите не используйте.

Часто говорят, что Фоменко и Носовский опровергнут. То, что большинство историков не поддерживает или не придерживается этой концепции, это ни о чем не говорит. Большинство ничего не решает в науке. Наука начинается с измеряемых показателей, не с большинства авторитетов, которые себя считают учеными. А проверяемые показатели, это эксперимент, в данном случае прогноз выполняет функцию наблюдательного эксперимента. Чтобы опровергнуть Фоменко, давайте вспомним, как Анатолий Фоменко пришел к новой хронологии. Он же пришел в результате изучения аномалий поведения Луны относительно Земли. Я не видел ни одной работы после этого, которая объясняла аномальные движения Луны в средние века. И наконец, самое главное, чтобы опровергнуть Фоменко, необходимо выдать, наконец, на основе существующей официальной или официальных, а их несколько, в каждом государстве своя историческая интерпретация, выдать прогноз и посмотреть его погрешность. Та погрешность, чей прогноз будет точнее, та интерпретация будет верна, другого пути нет. Вот с этого начинается наука. Я считаю, чтобы опровергнуть Фоменко, не нужно стать на научную методологию, уйти из экспертной методологии, на которой находится история, и перейти на естественнонаучную.

Поэтому вкратце обрисуем достижения и недостатки новой хронологии. По достижениям, во-первых, это привлечение внимания. То, что они, Фоменко и Носовский, привлекли внимание, это, наверное, главное их достижение. Наконец перевели первоисточники с латыни на другие языки, до этого люди просто не обращали внимания. Никто не сомневался в том, что эти вещи истина, хотя никто не знал, не владел информацией о том, как их проверить. Дальше они привлекли внимание к тому, что история практически бесполезна. На основе современной истории – это та история, которая ничему не учит, не ее основе невозможно формирование прогнозов высокой степени достоверности. Та интерпретация верна, которая позволяет делать прогноз высокой степени достоверности. Фоменко и Носовский показали, что истории как науки нет, есть экспертная область. Эта экспертная область жутко идеологизирована, поляризована, является частью государственной машины, манипулированием массовым сознанием в любом государстве. Она бесполезна и в плане практическом, на основе этой истории невозможно прогнозировать. Мы видим, как сбываются официальные прогнозы официальных исследовательских институтов не только в Украине, в Европе, США. Точность прогнозирования ниже плинтуса. Поэтому практическая польза знания этого государственного мифа истории никакая. На это Фоменко обратил внимание. Они представили яркие иллюстрации зависимого положения естественнонаучных методов в интерпретации истории, неточности и неполноты естественнонаучных методов. Далеко не все меряется, и далеко не с такой точностью, как нам бы хотелось и радиоуглеродным анализом и дендрохронологическим анализом и другими методами естественнонаучной датировки. А там, где эти методы применяют, зачастую они носят зависимое, второстепенное положение, а там, где не применяются, выставляются как образец научного анализа, то получаются совершенно неожиданные результаты, не вписывающиеся в традиционную хронологию и в традиционный взгляд истории. Нужно сказать, это уже мое личное мнение, безусловным достижением Анатолия Фоменко и Глеба Носовского является личный пример противостояния той травли, которую они организовали. Эта последовательная несгибаемая позиция, спокойная, аргументированная. Это тоже достойно уважения.

Теперь противники могут отложить свои виртуальные помидоры и могут их взять сторонники. Теперь мы перейдем к недостаткам новой хронологи. Теперь противники могут перестать набирать на клавиатуре о том, что я являюсь лжеученым, тупым дебилом, а к этому могут приступить сторонники. В чем недостатки новой хронологии. А новая хронология барахтается в той же самой экспертной среде, она не вышла на научную методологическую базу. Условно говоря, она не предложила прогнозную проверку своих предположений. Базовые предположения новой хронологии, текущая хронология неверна, если она не верна, то нужно было вместо этих исторических реконструкций, вместо аналогии, вместо поиска дубликатов и так далее выйти на проверяемый результат, на прогноз. Если старая хронология неверна, то верна та, которую мы предлагаем, а на основе этой мы сделали прогноз. За это время прогноз в большей мере проверился бы, было бы понятно, а насколько неверна старая хронология, насколько точной является новая. Выйти из экспертной области на естественнонаучную область прогнозным путем. Почему этого не было сделано, я не знаю. Может, потому что они, и Фоменко и Носовский, математики, а математика, это все-таки, как сказал Сергей Дацюк, это больше конструктивная наука, чем естественнонаучная. А так они барахтаются в этих же обоснованиях, в этих же экспертных мнениях, ничем не доказуемых. Они предлагают историкам доказать правильность существующей хронологии. Понятно, что те не могут доказать, потому что история – это не наука, это экспертная область. Они сами, основоположники новой хронологии, не могут доказать правильность новой хронологии. Посмотрите, до какого уровня идет противоречие. Историки говорят, что хронология – это область истории, Фоменко с Носовским говорят, что это область математики, вполне возможно, что, все-таки, время – это измерение, стало быть, это область физики – хронология. Даже на таких базовых понятиях идет разделение. И мне абсолютно не понятно, почему они остались в этой экспертной методологии, вместо того, чтобы выйти на естественнонаучную. Наверное, это главный недостаток.

Другой недостаток методологический. Мы сейчас не касаемся деталей, мы не будем спорить, где дубликат был, какие наложения истории, мы говорим о стратегических недостатках. Вторым недостатком является попытка реконструкции истории. Реконструкция истории возможна, но только реконструкция на цивилизационном уровне. История состоит из двух частей, как физика, чтоб было понятно. Есть микрофизика, микрочастицы, есть классическая физика. В них действуют разные законы, разный понятийный аппарат, разная логика, разная математика. Это разные феноменологические уровни. Мир вокруг нас един, он не делится не по отраслям, ни по масштабам изучения, но мы-то его изучаем как люди, мы не можем изучать мир в целом, с естественнонаучной точки зрения. Так вот, в истории так же, как в физике, существует два феноменологических уровня. Это событийная история, это микро история, и это цивилизационная история, это макро история. То, что я говорил, прогнозировать вперед-назад можно, нужно и замечательно. Это очень полезно, и без этого невозможно ни планирование долгосрочное, ни прогнозирование, ни стратегическое управление ни на корпоративном, ни на государственном, ни на личностном уровне. Но нужно себе представлять, что все эти прогнозы вперед и назад по оси времени – это прогнозы на цивилизационном уровне, на уровне мега истории. Мы никогда не сможем прогнозировать на уровне микро истории, перейти на уровень событийной истории. Событийная история невоспроизводима. Воспроизводимой, что вперед, что назад, можно с одинаковой погрешностью макро показателей. Реконструировать микро показатели невозможно на естественнонаучном уровне. На экспертном уровне можно, да, согласен, а экспертный уровень, – это верю-не верю. Носовский и Фоменко хотят, чтобы им верили. Они собирают пазл, говорят: «Вот этот аргумент свидетельствует в нашу пользу, этот аргумент свидетельствует в нашу пользу», – они надеются, что набрав таких аргументов, у читателя сложится впечатление о том, что действительно они правы. А вообще-то, может сложиться впечатление, а может и не сложиться. Почему, потому что доказать они не могут, проверить они не могут. Выйдя на естественнонаучный уровень понимания, не нужно требовать веры, не нужно добиваться веры от читателя. Я работаю в режиме, в том, в котором работает служба прогнозирования погоды. Прогноз погоды – эта служба, они никогда не требуют, чтобы им верили. Мне не надо, чтобы верили, у прогноза есть своя погрешность, она работает независимо, будете вы в нее верить, или не будете в нее верить. Это ваша проблема – взять завтра зонтик, когда прогнозируют дождь или не взять. Выйти в море, когда прогнозируют крупный шторм с ураганом или не выйти. Это ваша проблема. Поскольку Носовский и Фоменко остались на уровне экспертном, им нужно, чтобы верили. Верят далеко не все, вот причина разделения мнений. Такое ощущение, что они с водой выплеснули ребенка. Из-за того, что они ушли в эти реконструкции, повторяю, реконструкции событийной истории невозможны в принципе, и многие это понимают, многие это чувствуют на интуитивном уровне, они не могут это объяснить, но они это чувствуют. Многие не понимают, не принимают эти реконструкции, из-за этого не понимают и не принимают новую хронологию в целом. Их ошибка, вторая стратегическая – не видение этого перехода разных феноменологических уровней микро истории и мега истории.

Следующей ошибкой, на мой взгляд, новой хронологии, является неоправданная концентрация внимания на вопросах власти, государственного устройства и религии. Это то, что искажается в первую очередь. Войны, государственные деятели, религии всегда искажаются в первую очередь. Если мы хотим что-то понять в истории, мы должны забыть это, мы должны забыть, кто такой Христос, нам не важно, в каком веке его распяли. Нам гораздо важнее развитие технологий, развитие расширения, взаимодействия цивилизации с окружающей средой, развитие науки, это гораздо в меньшей мере поддается искажению. Да, тоже поддается, да, берутся с фонаря, с потолка факты, но в гораздо меньшей мере. В первую очередь, всегда поддается искажению деятельность людей, государственных деятелей, религиозных деятелей, борьба за власть. Причем это искажение неизбежное, не надо ходить далеко. Я показал на примере, можете открыть, посмотреть, как легко, элегантно была искажена битва под Прохоровкой в 1943 году. Когда не было никакого встречного танкового боя, не было противостояния с «Тиграми» и «Пантерами» с «Фердинандами», когда не было этих танковых таранов и прочей экзотики. Все это было придумано, причем придумано в условиях, когда у Советского Союза не было монополии на информацию, а у церкви фактически была монополия на информацию или монополия на летописную традицию. Времени гораздо больше было. Представьте себе, что по краткому курсу истории ВКП(б) учились бы не 30 лет, а учились бы 300 лет, а церковная летописная традиция была бы больше. Вот и все. Поэтому Фоменко реконструировал, когда распяли Христа, такая конкретизация невозможна, это все равно, что попытаться реконструировать положение элементарной частицы, ее импульс, и то и другое. Точно так же, например, берем то же время, мало того, что они реконструировали с той точностью, с которой реконструировать невозможно глядя сверху, глядя с цивилизационного уровня мега истории, до такого уровня мы никогда не опустимся. Какое бы мы ни брали увеличительное стекло, всегда есть некий предел нашего увеличения, дальше вступают в силу естественные физические законы, которые не дают нам максимально увеличивать приближение. Точно так же и тут, чтобы была альтернатива. Простой пример, понятно, что в том виде, в котором преподавали историю, что монголо-татарского ига не было в том виде, в котором нам преподносили. Понятно, что во время Крестового похода было принципиально все иное, но мы не знаем, что в деталях, мы никогда не восстановим, что конкретно было на том уровне. Мы можем знать только с расстояния, с оценок и прогнозов мега истории и цивилизационного анализа. В качестве альтернативы, чтобы можно было предложить, они взяли супер резонансную тему, в каком веке распяли Христа. Может, им предложить другую тему, в каком веке начался Железный век. Считается, что Железный век начался в 12 веке до нашей эры. А в то же время историки считают, что севернее Альп железный топор начал распространяться примерно с 12 века нашей эры. Это абсолютно необъяснимое, нерациональное понятие, почему так медленно распространялось железо. Да, может это и примитивная форма, но наиболее совершенная, до огнестрельных холодное оружие – это японский меч. Тогда изготавливался и сейчас изготавливается из кричного железа, то, которое историки называли примитивным. А что мешало это кричное железо производить раньше 12 века в массовом количестве севернее Альп. Пусть ответят. Они не ответят. Этот вопрос не менее важен, а более важен, чем тот вопрос, в каком веке распяли Христа. Христианство – это обычная заурядная религия, циклическая религия в целом ряду религий. Мы просто находимся в христианской традиции, поэтому мы ее выделяем.

Следующим недостатком является то, что Фоменко и Носовскому в своих исторических реконструкциях не удалось избежать политического влияния. Это мое субъективное мнение, но сквозит в их реконструкции определенное влияние идеологическое, а возможно и политическое, к сожалению, им это не удалось, это тоже их недостаток.

Пожалуй, последний недостаток – отсутствие внимания к цикличности цивилизационного развития. Да, Носовский и Фоменко заявляли о том, что цикличность нужно доказать, о том, что цикличность развития не доказана и оснований говорить о цикличности исторического развития нет. На мой взгляд, они ошибаются. Большинство процессов в истории в мире имеет циклический характер. Поэтому доказывать нужно не наличие цикличности, а отсутствие цикличности. Причем отсутствие цикличности сразу подводит к грани о том, что этот процесс непознаваем с научной точки зрения, если он не цикличен, то он очень близко подходит к уникальному процессу науки. А уникальные процессы не изучаются наукой, наука изучает нормальные процессы, обычные процессы. Пример цикличности: Носовский и Фоменко говорят, что после 17 века хронология более или менее верна. Мой базовый прогноз развития кризиса и выхода за его преимущественно экономические рамки называется «Вторая Тридцатилетняя война». Тридцатилетняя война была в 17 веке, уже тогда, когда, по мнению Носовского и Фоменко, хронология была более или менее верна. Мы видим на таком сравнительно небольшом историческом промежутке уже цикличность. Точно так же мы можем посмотреть и дальше, она называется Тридцатилетняя война, аналогично ей в цивилизационном плане война была же не первая. До этого были, тот же любимый новыми хронологиями период Крестовых походов. Это же в чистом виде повторение, на цивилизационном уровне повторение, то же самое, что Тридцатилетняя война и то же самое, что предстоящая вторая Тридцатилетняя война. Это один циклический процесс, то, что Фоменко его не видит, мне это не понятно. Тем более, цикличность исторического развития не мешает, она не делает менее наглядной несостоятельность истории. Признание цикличности не делает традиционную историю более достоверной. Это нежелание признавать циклический характер истории мне абсолютно не понятно. Тем более, посмотрите на историческую традицию, есть западная историческая традиция – это прогрессивная традиция, время линейно, оно идет из прошлого в будущее. Есть восточная традиция, время замкнуто по кругу, время имеет цикличность. Очевидно, что истина лежит посредине и соединение этих двух традиций, плюс учет влияния внешних факторов на развитие технологической цивилизации, составляет основу фундаментальных законов ее развития. Совершенно не понятно, почему Носовский и Фоменко не учитывают цикличность цивилизационного развития.

В отличие от историков, я всегда стараюсь выходить на прогнозную часть. А проверить то, что я сейчас сказал, можно по следующим прогнозам. Так вот, проверить, то, что я сейчас говорил, прогнозы опубликованы, на них поставлена моя репутация, я не добиваюсь, чтобы вы мне верили. Моя репутация привязана к прогнозам. Если погрешность их будет низкая, независимо от веры большинства, от того, как это воспримет научное сообщество или авторитеты, то я буду знать, и читатель будущего будет знать, что в концепции, которую я развиваю, которая называется «Модель развития технологической цивилизации» – в ней есть смысл. А если мои прогнозы будут иметь высокую погрешность, то как их сейчас ни развивай, сколько денег ни вкладывай, как их не пропагандируй на государственном уровне, от этого их ценность не увеличится, они будут мусором. Поэтому мои базовые прогнозы, я сейчас говорю не свою личную точку зрения, моя точка зрения проверяется. Это основано на модели развития технологической цивилизации, которая имеет уже опубликованные ранее базовые прогнозы и до конца века, а можно и больше, на больший срок делать прогнозы, просто они не востребованы, я не делаю. Моя точка зрения проверяема, она находится на естественной научной основе, я не высказываю свою точку зрения.

В отношении того, как будет ситуация развиваться с новой хронологией. Мы видим, я выпустил статью «После науки», где обосновал цикличность, очередной циклический закат науки, не полный, но потом она с последующим возрождением, но это будет не скоро. Сейчас мы видим начало этого процесса. Общее снижение рациональности, общее снижение доли науки, общее снижение значимости науки, в истории наблюдается то же самое, мы видим возврат к диким, средневековым вещам. Сначала наша Верховная Рада принимает абсолютно дебильный закон о декоммунизации, затем Польский Парламент о геноциде польского населения в западных областях Украины. При этом люди абсолютно это воспринимают нормально. Сам факт того, что историческая истина устанавливается голосованием в парламенте, воспринимается, как нормальное, а это же возврат к средневековью, осталось только в местах захоронения выкапывать трупы недругов, трупы тех, кого мы считаем врагами и судить их после смерти. До этого недалеко осталось. Если историческая истина уже устанавливается в стенах парламента. Поэтому я не вижу ни перспектив для резкого роста популярности новой хронологии, ни, вообще, резкого прогресса в истории, я не вижу вероятности того, что история пойдет от преобразования их экспертной дисциплины в научную. Государство в этом как не было заинтересовано тысячу лет назад, так не заинтересовано и сейчас. Ничего в этом плане не изменилось.

Последнее, о чем хотелось бы сказать, я уже буду говорить чистую отсебятину, личная точка зрения. Это мой личный взгляд на деятельность Анатолия Фоменко и Глеба Носовского. Я бы сравнил их, исходя из их же методологии, с ближайшим историческим дубликатом, и аналогом их деятельности являются Джордано Бруно, который сломал традиционный взгляд, но не предложил ничего нового. В новой хронологии это оказалось оружие таранного типа, оно продемонстрировало всю бесполезность и практическую ничтожность истории, как науки, но не предложило своего научного взгляда. То, что мы знаем о том, что эта история ничему не учит, это уже хорошо, за это уже нужно отдельное спасибо сказать Анатолию Фоменко и Глебу Носовскому. И не надо от них требовать невозможного, мало ли в чем они ошибались, но то, что им удалось сломать веками строящееся государством здание исторического государственного мифа официальной истории – это уже научный подвиг. Мало ли кто, в чем ошибался, Ньютон считал, что на Солнце могут жить люди, там светят облака. Ну и что мы это воспринимаем, это не является фактом того, что Ньютон был недостойным ученым и так далее. Эти люди тоже воспринимались, но то, что они сделали, это уже немало важно. Это разрушители, другое дело, что созидатели если и придут, то придут очень нескоро. Поскольку, я подчеркиваю, государство по-прежнему не заинтересовано в том, чтобы история как наука вышла из сферы манипуляции массовым сознанием, а стала бы естественнонаучной дисциплиной. В заключение хочу сказать, что Анатолий Фоменко не только мне симпатичен, как ученый, мне еще нравится его картины. Рекомендую найти, в интернете есть и статьи о его картинах и сами его картины, и посмотреть. Действительно талант, конечно, картины производят впечатление того, что из писал не просто художник, их писал исследователь, их писал математик. Действительно, они показывают математический взгляд на искусство. Независимо, нравится вам, от вашего отношения к новой хронологии, рекомендую открыть и посмотреть, ознакомится с его творчеством.