Трансгендерность – это не мода | Марина Герц

“Трансгендерность – это не мода”, – Марина Герц

20 ноября – День Памяти Трансгендеров, ежегодный памятный день, посвященный убитым на почве ксенофобии трансгендерным людям. В Украине понятие “трансгендерный человек” до сих пор окутано множеством мифов и стереотипов, большинство из которых носит откровенно дискриминационный и ксенофобский характер. Даже сформировать адекватную статистику по преступлениям на почве трансфобии сегодня в Украине достаточно сложно в связи с неурегулированностью законодательства относительно преступлений на почве ненависти.

Больше о том, что такое трансгендерность, с какими проблемами сегодня в Украине приходится сталкиваться трансгендерам и какой поддержки трансгендерные люди ждут от гражданского общества, в студии IDEALIST.media рассказала координаторка Queer Home Kyiv, транс-персона Марина Герц.

Мне кажется, в данный момент эта тема даже слишком актуальна для украинского общества, потому что трансфобия и проблема насилия, негативное отношение к трансгендерам или к людям квир выражается не только в каких-то достаточно фактических вещах типа дискриминации на работе, физического насилия. Эти проблемы существуют, но есть и общий момент умалчивания и замалчивания существования таких людей, не восприятие всерьез. Когда персона заявляет о своей гендерной дисфории, либо о мыслях о том, что этот человек хочет совершить переход, он подвергается обесцениванию. Его чувства, его переживания не воспринимаются всерьез, и в реалиях украинского законодательства, где трансгендерные люди для того, чтобы нормально существовать и сменить документы, должны проходить достаточно тяжелый, унизительный процесс стерилизации, психологического и психиатрического обследования. Тема трансфобии выходит на первый план, потому что на всех этих периодах, на всех этапах жизни, практически во всех сферах человек каждый день может сталкиваться с этим. Для того, чтобы это как-то преодолеть, в первую очередь, я считаю, необходимо донести до общества осознание того, что эти люди имеют право быть, существовать, быть видимыми, быть на равных защищенными в различных сферах и аспектах жизни. Даже вчера, 17 числа, когда рассматривали законопроект касательно насилия, то очень большой резонанс получили достаточно простые слова «сексуальная ориентация» и «гендер». Гендер, например, уже лет 70 находится в информационном научном академическом пространстве, и это немного странно, что у Украины, которая сейчас выбирает достаточно проевропейский путь развития, путь прав человека, защиты людей, до сих пор резонируют такие темы.

Сейчас у нас, допустим, если представителя ЛГБТ сообщества бьют на улице или произойдет какая-то дискриминация на работе, то у нас есть хоть какие-то механизмы влияния и поддержки. Если же это насилие происходит в семье, в домашней обстановке, то у нас нет инструмента, как помочь и поддержать. Именно поэтому очень важно, в принципе, сейчас во всех законопроектах, которые касаются защиты прав, именно указывать, что и по признаку сексуальной, гендерной идентичности, потому что когда мы говорим о том, что нас дискриминируют или нам причиняют вред именно по этому признаку, мы должны на что-то опираться. Именно поэтому было очень важно, когда включили в закон о дискриминации на рабочем месте проблематику сексуальной ориентации и гендерной идентичности, потому что когда мы говорим, что нас дискриминируют, мы подвергаемся эмоциональному, физическому насилию, нам говорят: «Нет, вам не на что опираться», – именно поэтому это важно.

В принципе, мы можем смотреть на мир двумя взглядами – бинарным и не бинарным. Если мы рассматриваем мир бинарным, то у нас существуют мужчина и женщина, и гендер мужской и женский, и между ними возникает такой феномен, как трансгендерность. Трансгендерность – это значимое понятие, оно включает в себя как транссексуальных людей, которые стремятся скорректировать пол либо принять гормоны, сменить документы, так и тех трансгендеров, которые не хотят этого, либо останавливаются на одном шаге. Допустим, только принимают гормоны, но не делают коррекцию пола, это их право, если им так комфортно. Достаточно много разных терминов «агендерность», «бигендерность», которые входят в понятие трансгендерности. Если же мы смотрим на мир не бинарно, то помимо мужского и женского гендера, и помимо таких конкретных вещей, как трансгендеры, агендеры, бигендеры, гендерфлюиды, у нас возникает квир пространство. Квир пространство – это возможность не определять себя каким-то определенным термином, как-то определять свою гендерную идентичность, как-то выражать свою гендерную экспрессию в комфортном варианте, свое гендерное выражение, и в принципе это дает некую свободу. Потому что, допустим, когда я говорю, что я трансчеловек, то у каждой персоны может возникнуть свой образ трансчеловека, и возникают у некоторых такие моменты, я недавно читала лекции, и когда я сказала, что я тоже трансчеловек, меня просили показать фотографии, где я мальчик. У людей даже не возникает мысли, что я могу себя идентифицировать, как гендер, но не делать переход, не сидеть на гормонах или еще что-то.

Современная наука сейчас говорит, что сам биологический пол не бинарный, потому что пол многоуровневый. На уровне хромосом, гонад, первичных половых признаков, вторичных половых признаков, и на различных этих уровнях может не сочетаться мужское и женское, и тогда мы говорим о вариациях, и раз у нас не бинарный пол, то тогда что же говорить про гендер. Потому что по факту, гендер – это социально-культурный конструктор, и он очень хорошо отражает, как общество относится к ролям, это отличная система для контроля и предписание жизненного пути. Когда человек говорит о том, что я трансгендер, и ваши гендерные роли мне не подходят, у меня есть своя позиция, конечно, общество зачастую на это реагирует не всегда позитивно, потому что сразу ломается система, как общаться с человеком, что от него ожидать. Именно в этом и проблема, что люди не воспринимают это серьезно, это считается какой-то модой или переходным этапом. Нет, это просто возможность выйти за рамки и не зря уже очень много лет это все исследуется, изучается. Я действительно замечаю, что уровень видимости транслюдей или квирлюдей вырастает, но это не потому, что это модно становится, а потому что у людей больше информации, и они действительно могут понять, кто они, пережив свой кризис. Потому что, допустим, я лет 15 не могла себя вписать в какие-то гендерные женские роли, мне казалось, что я просто какая-то неправильная девочка. Нет, я не неправильная девочка, я просто не девочка.

Я не могу говорить точно о каких-то цифрах, но ведется мониторинг преступления на почве ненависти, в том числе, на почве трансфобии. Недавно организацией, в которой я работаю, был предоставлен примерный отчет, и эти данные можно узнать из этого отчета, но очень много случаев умалчивается, либо не упоминается, что это именно на почве трансфобии. В этом проблема, когда сама причина не озвучивается. Очень много фактов насилия просто идут с ремаркой бытовое насилие, хулиганство, еще что-то, но какой мотив, не упоминается. В этом проблема.

В феномене трансгендерности, транссексуальности есть одна особенность, касательно того, что люди совершают переходы, зачастую перегоняя себя из одной клетки социальных норм в другую клетку социальных форм, также подтверждая какие-то стереотипы – это желание быть правильным трансгендером, это желание соответствовать. Для того, чтобы это преодолеть, во-первых, людям необходимо понять, что они не обязаны соответствовать чьим-то чужим ожиданиям, что если персона называет себя трансженщиной, она не должна быть всегда на каблуках и всегда быть мега женственной, нет, достаточно того, что она себя так идентифицирует. Это первый вариант. Второй – это, наверно, отход от каких-то гендерных норм и стандартов даже в самом обществе, потому что даже многие цисгендерные люди, цисгендерные мужчины и женщины, у которых нет проблем с определением своего гендера, достаточно сильно переживают касательно гендерных ролей и стандартов, стереотипов, которые на них транслируются. Это проблема не только трансгендерных людей, это проблема вообще людей, и выход из этой системы, мне кажется, в первую очередь – это осознание, это, наверное, рост самосознания, получения информации, рефлексии. Реакция на «ты же девочка» – ну и что? Это не значит, что я должна вести себя так, как вы хотите. Нет.

Мне хотелось бы, чтобы люди осознали и приняли тот факт, что мир многообразен, он не только в каких-то крайних категориях, черное – белое, мужское – женское. Он многогранен, и это прекрасно, это потрясающе и позволяет другим быть собой. Позволяя себе быть собой, мы делаем мир разнообразнее и гармоничнее.