Павел Себастьянович о налоговой реформе

Основной такой макроэкономический показатель, который способствует росту экономики – это конечно, перераспределения ВВП через бюджет – процент перераспределения. И уже много экономистов, не говорю я уже про западных, про наших уже экономистов, даже тех экономистов, которые, скажем так, не молодое поколение, а те, которые последние 20 лет об этом пишут, что перераспределение через бюджет не должно превышать 30 процентов, а у нас сейчас – почти 60. Но понятно, что такие затраты бюджета, как поддержание госпредприятий или администрирование пенсионного фонда, то есть, те деньги, которые просто пропадают в неизвестном направлении, но в то же время, нам говорят, что необходимо содержать армию. Но извините, содержание армии – это всего лишь 50 млрд. гривен. 50 миллиардов, при бюджете, который собираются собрать налоговики – это 700, 800, 900 млрд. гривен, то есть, на армию идет совершенно ничтожная часть от бюджета. То же самое можно сказать о пенсионерах, о социальной защищенности. Эти цифры – 200-300 миллиардов, но это не 900. Поэтому любая радикальная реформа, которая представлена многими авторскими коллективами, она спокойно решает эту проблему социальной защиты и снабжения армии. Может стоять вопрос о медицине и образовании, но это еще 150 миллиардов. То есть, все цифры, которые посчитаны коллективами, авторскими коллективами налоговых реформ, они спокойно покрывают все эти расходы бюджета. Куда еще собирается тратить бюджет наше правительство? Это, как всегда, остается загадкой. Нет никакой прозрачности, чтобы посмотреть на платежке, куда тратится бюджет. И то, на чем настаивают экономисты, в частности Владимир Дубровский, что не может из бюджета перечисляться деньги юридическим лицам, каким-то компаниям. Этого не должно быть в принципе. Правительство абсолютно закрывает глаза и не идет нам на встречу. Немного вернусь к истории налоговой реформы, которая проходит в Украине уже полтора года после смены правительства. Весь 2014 год – это была какая-то фантасмагория, когда создавалось очень много рабочих групп, пошел такой вроде бы патриотический дух начал выражаться в том, что люди сами хотят принимать участие в управлении страной, в реформировании страны. Поэтому было создано очень много рабочих групп, было создано очень много, скажем так, политических кружков, где обсуждалась экономическая реформа, и как мы должны жить дальше. Все эти рабочие группы, в том числе, и рабочие группы, которые создавались правительством – это и гражданские рады при мин. финансов и при мин. экономики. Они тоже подавали свои предложения в правительство, но все, абсолютно все предложения от общественности были просто проигнорированы. Руководители, как налоговой службы, так и предыдущие руководители мин. финансов просто прятались от общественников, никуда не приходили, ни на какие слушания и только по телевизору, мы вдруг, видели, что все согласовано с общественностью, все согласовано с бизнесом, но был полностью проигнорирован. И так, как естественно то, что предлагала общественность, было проигнорировано и те предложения правительства, которые были приняты в декабре 2014 года, а потом немного изменены в феврале 2015, ни к каким результатам не привели. То есть, то уменьшение ЕСВ, которое так рекламировалось правительством, им воспользовалось, я не помню, 7 или 8 тысяч предприятий. То есть, всего лишь 2 процента от всех предприятий, то есть, это значит, что это была не реформа. Если они называют это реформой, то она полностью провалилась.

Начиная с весны этого года, когда поменялось правительство и в мин. финансов пришли новые люди, было объявлено об открытых платформах и все активисты опять подоставали свои концепции и пришли, чтобы показать правительству, как они считают нужным осуществить реформы. Правительство нас выслушало, конечно, в отличие от предыдущего, но то, что мы увидели на выходе – это просто, если словами Яценюка выражаться, это – очередной эксперимент. То есть, никакой реформы нет в том, что предложил минфин и все цифры, которые мы увидели в презентациях – название этому одно – консервация предыдущего режима. Для того, чтобы собирать налоги в таком объеме, как предлагает минфин, количество сотрудников налоговой службы, налоговой милиции надо увеличить раз в пять примерно, чтобы над каждым предпринимателем стоял налоговый милиционер. Может быть тогда, возможно, будет с кого-то собрать такие налоги. В чем суть налоговой системы? И правительство, и общество должны прийти к консенсусу. То есть, ставки должны быть добровольно уплачены плательщиками. Добровольно, то есть, человек, прочитавший налоговый кодекс, должен добровольно согласиться с тем, что да, это справедливые ставки, и я буду их платить. Но то, что предлагает сегодня минфин – это консервация вот того предыдущего режима, когда сейчас для того, чтоб собирать вот эти налоги, весь штат налоговой работает в авральном режиме, десятки тысяч уголовных дел возбуждаются против предпринимателей. Это не против каких-то предпринимателей, которые не зарегистрировали свой бизнес, а наоборот – это зарегистрированные, которые создали множество рабочих мест, которые уже создали какие-то ценности. Или, другими словами, с них есть что взять. Вот против них сейчас возбуждаются тысячи уголовных дел. Последнее, что конечно, поразило всех читателей Facebook’a – это, когда фискальная служба вывесила на своей странице большой плакат, на котором написано: “Мы наполняем бюджет”. То есть, не мы оказывается, не предприниматели, не налогоплательщики, не граждане наполняют бюджет, а налоговая служба наполняет бюджет. И те преимущества, которые сейчас есть в Украине – это очень низкая оплата труда, это высокая квалификация людей, это грамотность людей позволяют привлечь сюда сумасшедшие инвестиции. Но те условия, которые создает наше правительство, неприемлемы ни то, что для внешних инвесторов, даже для внутреннего инвестора. Возьмите какую-то крупную корпорацию, которая работает ради того, чтобы потом продать этот бизнес или улучшить свою капитализацию. Для них – все, как есть – это очень хорошо: минимальная конкуренция, возможность договариваться с правительством, возможность договариваться с налоговой службой, что называется дискрецией – сегодня модное такое слово. Для них все это устраивает и соответственно, те люди, которые пришли из крупного бизнеса в правительство, они не хотят ничего менять, а реформа должна быть направлена именно на маленький бизнес. Я даже не берусь его называть малым. Если брать вот такую классификацию по оборотам – именно самый маленький бизнес должен получить свободу. Сегодня же каждый предприниматель, у которого нет возможности защищать себя в суде, содержать юристов, он же подвержен постоянным нападкам со стороны прокуратуры, налоговой милиции. Никто не хочет открывать предприятия. Вот, что надо устранить в первую очередь. Чтобы человек не боялся достигать счастья, не боялся самореализации, не боялся открывать предприятия, не боялся реализовать свои идеи. Сегодня присутствует страх, поэтому никакого предпринимательства не будет развиваться. И это не удивительно, что половина экономики у нас в тени. Меня это лично не удивляет абсолютно. Я знаю множество предпринимателей, которые вообще не регистрируют свои бизнесы, потому что как только ты зарегистрировал свой бизнес, как только ты получил какую-нибудь лицензию – ты тут же стал мишенью для налоговой милиции, для прокуратуры, для проверок. И поэтому реформа должна начинаться именно отсюда – налоговая милиция должна быть немедленно упразднена. Не завтра, не в 2016 году, а уже сегодня, сейчас прямо она должна быть упразднена. Все эти методы воздействия на предпринимателей должны просто быть прекращены. Они не соответствуют абсолютно никаким европейским ценностям. Это просто выдавливание денег из людей. Это надо прекратить немедленно. Что касается ставок, сейчас очень модный такой мэм, что ставки не важны, а важно администрирование. И на этом настаивают, что да какая разница, ну, было там 18 на прибыль, пусть будет 20. НДФЛ? Пусть, тоже будет 20. Пусть все будет по 20, все как-то так красиво. Поймите, что человек, который считает, сколько он затратил на производство, сколько он продал – ему все равно: как вы у него вежливо отберете деньги, или красиво отберете деньги или грубо. То есть, администрирование не играет роли, если математика сама не сходится в бизнесе. Вот, в чем дело. То есть, ставки должны быть радикально уменьшены. Радикально. То есть, слово радикально совершенно неправильно понимается в нашем правительстве. Единственное, куда можно применить слово радикально – это снижение налоговых ставок. То есть, они должны быть просто радикально снижены, чтобы уплата налогов было абсолютно не обременительна для человека. Чтобы он абсолютно не думал о минимизации, а просто, чтобы спокойно думал о ведении своего бизнеса, о том производстве, которое он ведет, о тех услугах, которые он оказывает. И больше ни о чем. Уплата налогов – это доложен быть какой-то такой побочный процесс, который абсолютно не нагружает бизнес. И уж, тем более, такие процедуры, как введение НДС счетов с депонированием, они же просто нарушают весь бизнес-процесс. То есть, налоговое законодательство, администрирование налогов оно никак не должно влиять на бизнес-процесс. Человек не должен отвлекаться на это, человек должен просто заниматься достижением своих целей. Вот и все.

Что касается контроля и налоговой милиции или, как сейчас хотят сделать какую-то службу финансовых расследований, конечно, такое должно существовать, наверно. Но оно должно быть направлено именно на какой-то маленький процент предпринимателей, которые, допустим, не хотят регистрировать свои предприятия, за фиктивное предпринимательство. Но, если человек зарегистрировал свой бизнес, создал рабочие места – вообще к нему не должно быть никаких вопросов. То есть, это должен быть какой-то удаленный аудит, удаленное какое-то сканирование таких предприятий, но мы не должны видеть этих людей на своих предприятиях. Это то, что касается налоговой реформы. Если сейчас будет все-таки продавлен правительственный вариант, который большинство людей не принимает, то у правительства просто не будет морального права требовать у людей уплаты налогов, потому что люди не согласны, нет общественного договора. Система должна быть налоговая такая, чтобы люди платили налоги добровольно. И сейчас, конечно, настает такой ключевой момент, когда у правительства есть возможность запустить процесс, чтобы предпринимательство расцвело в Украине. Чтобы люди достигали своих целей и именно, благодаря достижению своих целей, наполняли бюджет. Сегодня это можно сделать. Так сегодня получилось, что та концепция, которую предлагает общество, то есть, те все авторские коллективы, которые были на открытых платформах, которые участвовали в форуме по налоговым вопросам, они вышли на единую концепцию. То есть, каждый авторский коллектив наступил на горло собственной идее ради вот этой единой концепции общественности. И эта концепция представлена, но она не была рассмотрена нигде. Национальный совет реформ почему-то рассмотрел только две концепции – минфина и налогового комитета. Но от общественности не было рассмотрено. Хорошо, что тот вариант, который идет от налогового комитета Верховной рады он более приближен, к тому варианту, который предлагает общественность. То есть, совсем небольшие изменения в него нужно внести, чтобы он был приемлем для общества. То есть, на сегодняшний день та нагрузка на фонд оплаты труда, которая существует, и та, которую минфин хочет законсервировать, абсолютно неприемлема. И очень радует, что налоговый комитет понимает это и снижает эту нагрузку. То есть, совсем немного нужно там изменение концепции в части дискреции. То есть, налог на прибыль на сегодня – это такой налог, который способствует максимальной коррупции, потому что любой проверяющий может залезть в документацию предприятия и посмотреть, что вы отнесли на расходы, что не отнесли на расходы. Вот от этого надо убежать, то есть, надо избежать проверок, а для этого налог на прибыль должен быть установлен 0 и введен налог на распределенную прибыль. Это сразу меняет в корне всю ситуацию – это называется реформа. То есть, меняется кардинально отношение. То есть, для того, чтобы поменять отношение, нужно сделать две эти вещи – уменьшить нагрузку на фонд оплаты труда. Это значит, что новые рабочие места станет выгодно легально делать. Легально не используя никаких ФОПов, никого. Именно наемный труд должен быть, должен облагаться налогами приблизительно так, как сейчас облагаются ФОПы. То есть, не наоборот, ни ФОПов надо увеличивать нагрузку, а наоборот наемный работник должен платить меньше налогов. На создание рабочего места должно тратиться меньше денег и налог на распределенную прибыль.

Я считаю, что два ключевых момента. Если победит вариант, который предлагает налоговый комитет у Украины появляется шанс на стремительный рост. Не менее десяти процентов будет. 3 и 4 процента нас не устраивает – это значит, что мы будем отставать и продолжать прозябать в нищете.