Ольга Пишель: “Без укрепления гражданского общества нам не создать нормального здорового социума”

Я поняла в какой-то момент, что в Украине наше общество находится в состоянии глубокой травмы в результате войны и этих военных действий. При этом это не только те группы населения, которых непосредственно коснулись эти события, эта война и военные действия, это не только те два миллиона или более вынужденных перемещенных лиц, это не только 50 тысяч участников АТО, это не только те мирные жители, которые живут в зоне военного конфликта. Дело в том, что вся наша страна, все общество сейчас находится вот в этом состоянии. Это прежде всего состояние тревожности, это состояние непонимания того, что происходит, это состояние бессилия, это такие эмоции, которые связаны с тем, что вдруг мы попали в такую зону, где нет доверия, где постоянно можно ожидать какой-то опасности. Вот об этом речь.

Наш проект подготовлен и разработан Берлинской общественной организацией «Культура юго-востока». Эта организация была создана в 1993 году, во время войны в бывшей Югославии. В это время очень много беженцев из разных, сейчас суверенных государств бывшей Югославии, приехали в Берлин, потому что там начались военные действия, и проблема была в том, что так как они сами были из различных уголков этой страны, между ними не было взаимопонимания и между ними была открытая вражда. Поэтому для того, чтобы интегрироваться в немецком обществе и как-то найти свой путь к пониманию в чужой стране, необходимо было для начала создать такие группы и проводить диалоги для взаимопонимания этих групп населения, которые переехали. Вот так была создана эта организация, с той целью, чтобы сплотить этих людей, которые в принципе приехали из одной страны, были связаны общей бедой, общим горем и общей трагедией, но не могли даже в чужих условиях найти между собой общего языка. Поэтому прежде всего именно в этих условиях и обстоятельствах уже обрабатывались эти методы прохождения через травму, поиска диалога, обработка этих нарративов: герой – враг, победитель – побежденный, поиск общего языка и общего взаимопонимания. Дальше работа велась таким образом, так как война в бывшей Югославии к тому времени еще не закончилась, то создавались центры в Боснии, в Сербии, в Хорватии, в Албании для того, чтобы там вести диалог и создавать предпосылки для перемирия между этими враждующими группами населения. Поэтому эта организация, которая сама прошла через все эти этапы, очень чутко отреагировала на то, что происходит сейчас у нас в Украине и тут создался ее проект. С нами работают известные психологи из Германии, кроме того, как раз для этих общественных форумов, о которых я говорила, мы приглашаем историков из Германии, социологов и психологов, чтобы говорить на общем форуме. Здесь в Украине мы пытаемся найти контакты и создать совместные площадки для коммуникаций с несколькими общественными организациями. Это и Психологическая кризисная служба Украины, это и организация Оpen khata, и организация «Сердце воина», вот такая у нас задача.

Наш проект называется «Преодоление» – это, прежде всего, преодоление вот этой ситуации, которая сейчас сложилась, преодоление травмы и поиск пути перехода от конфликтов к диалогу и к какому-то конструктивному началу. Потому что то, о чем я говорила до этого, что травмированы не только отдельные люди, а травмировано само общество, требует комплексного подхода к разрешению этой проблемы. Ведь наше общество не было готово к тому, что происходит сейчас. Более 70-ти лет мы жили в мирных условиях и никогда не могли себе представить, что сейчас может произойти вот такое с нами. Проблема еще заключается, с моей точки зрения, в том, что травма, которая есть сейчас в нашем обществе, накладывается на большое количество не проработанных и неосознанных событий в исторической памяти нашего народа. Потому что, если мы посмотрим на историю Украины за последние сто лет, то эта история похожа на узлы очень многих событий, которые переходили один в другой. Здесь история и революции, и голодомора, это история репрессий и так далее. На каждом углу перелома трагических событий, я не говорю об академической среде или о том, что происходило в литературе, не было переработки и осознанности вот этих трагических событий. Ведь не всегда все белое и черное, здесь враг, а здесь герой, очень много было всяких других граней и других перспектив этих событий. Очень важно для того, чтобы сейчас перейти через вот это состояние, через комплексную переработку того, что происходило с нами с исторической, социологической, психологической перспективы, понять и создать вот такое осознание этих событий.

Когда говорю о диалоге, я имею в виду пути выхода из конфликтных ситуаций, которые сейчас сложились, потому что вся наша современная жизнь пронизана конфликтами. Конфликтами на разных уровнях, конфликтами, связанными с непониманием – здесь и конфликты территорий, здесь и конфликты поколений, здесь и конфликты людей, которые пережили войну, и которые не пережили ее непосредственно, этого всего очень много. Поэтому диалоги нужны на каждой ступени и в каждом пространстве. Поэтому для диалога, по-моему, очень важно, во-первых, знать методы, которыми можно вести диалог. А во-вторых, создание таких пространств, таких площадок для диалога, потому что сам наш социум, который подвергается вот этой травме, не в состоянии без того, чтобы работать над этой темой, перейти к диалогу, в чем я уверена.

В рамках этого проекта мы начали работать, во-первых, с психологами, которые работают с посттравматическим синдромом, потому что и для них нужны еще углубленные знания, нужна супервизия и нужна для них самих подготовка к тому, чтобы они могли что-то сделать против собственного выгорания. Потому что самое страшное – это burnout синдром – это когда они после двух с половиной – трех лет сумасшедшей работы, без выходных, без праздников, в любое время дня и ночи сами не могут восстановиться, а это сейчас, я вижу во многих наших тренингах, что как раз эта фаза сейчас пришла и она очень опасна, если над этим не работать. Следующая тема – это, естественно, волонтеры, многие из них работают в точно таких же условиях. Тут есть через них, конечно, мы хотим сделать возможность для того, чтобы работать с теми группами, с которыми работают они. Это группы вынужденных переселенцев, это семьи погибших, это сами воины, которые вернулись из зоны АТО, это, прежде всего, дети, и дети этих семей, дети вынужденно перемещенных лиц, очень много групп таких людей. Но это одна сторона нашей работы, а другая – это создание предпосылок и условий в обществе для диалога. Поэтому, это то, что я говорю или имею в виду, когда я говорю о комплексном подходе решения этой травмы, нам необходима интеллектуальная среда, нам необходимо культурное пространство, в котором мы можем говорить об этих темах, перерабатывая события из нашей исторической памяти и из других узлов в истории украинского народа. Поэтому на этой части нашей работы, в этой части проекта мы хотим с помощью общественных форумов обратить внимание и молодежи, и студенчества, и наших медиа на работу, которая нам предстоит. Конечно, сейчас у нас нет уже каких-то готовых рецептов, их не может быть, потому что, прежде всего, стоит проблема этого осознания и создания своеобразного субстрата в этом пространстве, который может быть потом основой для того, чтобы мы об этой теме говорили в обществе, в целом.

Я вижу людей, которые очень сильно травмированы в том плане, что происходит какая-то деформация их сознания, жизнь разделяется на до и после, жизнь происходит на уровне черного и белого. Мне кажется, что и работа над этим, и работа над этими комплексами, прежде всего, связана с работой травмы. Так как у нас речь идет не только о травме индивидуума, травме отдельного человека, то то же самое можно спроецировать и на уровень социума. Вот эта работа должна вестись на всех этапах, на всех участках. Мы должны говорить об этом и с детьми, мы должны вступать с ними в диалог, научить их критическому мышлению и тому, чтобы правильно оценивать ситуации, в которые они попадают. Дальше это должно, конечно, проходить на всех уровнях общества. Какие я вижу пути, прежде всего, это укрепление гражданского общества, потому что без гражданских организаций, без общественных организаций, которые действительно целеустремленно работают в этом направлении, нам не создать ни одного здорового, нормального социума, нормального пространства. Следующая тема – это, конечно же, пресса и то, что в ней происходит, тут тоже должно происходить понимание и более углубленное осознание этой ситуации и работа над ней. Потому что гибридная война, которая сейчас идет, предполагает то, что многие темы остаются не разработанными. Все происходит на поверхности, все происходит в лозунгах, в популистских каких-то замечаниях, этого не должно быть, это процесс, который мы должны сейчас привести в действие.