Мириам Драгина: “Нет обстоятельств, которые бы не располагали к творчеству”

Попала на радио я забавно. Я всегда хотела работать на радио и когда училась диджитал-журналистике, проходила практику, то поняла, что этот вид журналистики мне наиболее близок, он очень честный, там можно чувствовать себя собой, не думать о том, как ты выглядишь и не думать о каких-то нюансах, которые связаны, например, с текстами. Я работаю журналистом много лет и знаю, что это искусство, ремесло очень своеобразное и требующее такого вовлечения с разных сторон. Мы все пытаемся быть не собой, быть немножко лучше, приукрашиваем и это видно и в тексте, и в видео. В радио приукрашивать сложно, разве что с помощью голоса. Когда количество выразительных средств настолько сокращено, мы как будто бы становимся честнее. Мое первое образование – литература, я литературный критик и написала рецензию на поэтический сборник Ярослава Ладыгина. Так мы познакомились, он тогда работал на «Просто радио», и спустя какое-то время он вместе с ребятами создал свое, «Радио аристократы». Мы пообщались, он предложил сделать программу. Я долго думала, что это может быть, и в итоге решила совместить физики-лирики, люди, которые что-то создают, беседовать с ними, поскольку в интервью я считаю себя более уверенным специалистом, чем в других областях журналистики. Так я попала на «Радио аристократы».

Зачем и почему слушают радио сейчас7 Это удобный и простой формат, я слушаю радио на пробежках, я скачиваю подкасты. Есть замечательное приложение, оно называется «Подкаст», и в дороге можно слушать, образовывать себя. Это один из методов, на мой взгляд, образования. Я обожаю документальные подкасты, когда какие-то истории люди рассказывают от первого лица. Есть много радиостанций, которые генерируют очень качественный контент. Мне кажется порой более полезным, чем другие медиа, потому что не всегда есть время сесть и спокойно разобраться, почитать большие аналитические тексты, лонгриды, либо сидеть и смотреть видео. Мне намного удобнее, потому что я постоянно нахожусь в движении, и ориентируясь на себя, полагаю, что есть еще такие же, как я безумцы, которым это хочется. Судя по статистикам нашего радио, это действительно существует и это нужно.

Если говорить о будущем Украины в контексте гостей моей программы, складывается очень уверенная и приятная картинка, потому что ко мне приходят безумцы, люди, верящие в свое дело и люди, которые работают над чем-то не потому, что хотят славы, прибыли, каких-то других бенефитов, а потому что они помешаны на том, что делают, на том, что исследуют. Сейчас я сезон посвятила науке. Люди идут в науку, в нашей стране так точно не за какими-то дополнительными привилегиями, а потому что им глубоко интересна тема, область, в которой они работают. Глядя на них, кажется, что Украина будущего прекрасна. Что она наполнена какими-то мощными, качественными проектами, созидательными людьми, развитой инфраструктурой в самых разных местах, высокого уровня медициной, классным образованием, развитой культурой и так далее. Но я знаю, что это узкий срез, и так судить наверняка нельзя. А с другой стороны, на этих безумцах все и держится, потому что именно они производят, именно они изобретают, именно они честны в том, что делают и движут этот мир вперед. Так что да, смотрю я на Украину будущего оптимистично. Боюсь, что это займет какое-то время и всем нам необходимо немножечко больше работать, каждый день становится еще лучше, чтоб эта картинка стала реальностью.

Я пишу стихи очень давно, читать и писать я научилась рано, в три года, и с тех пор я пишу стихи. Для мня это способ познания мира, наверное, и способ рассказывать об этом мире кому-то еще. Я отношусь к поэзии исключительно как к повествованию, как к чему-то, что должно пронзать и пытаюсь относиться так же к поэтам. Мне кажется, что люди, которые пишут стихи, скорее рассказывают истории, чем просто рефлексируют, и лучшая поэзия, на мой взгляд, – это та, что описывает какие-то выдуманные миры, а не личные переживания. Поэтому я отношусь к этому серьезно, я считаю, себя поэтессой и свою жизнь я живу со смыслом, что это будет обращено в текст, рано или поздно. Наверное, если относиться к этому профессионально, то настоящая поэзия – это индивидуальный язык, это отсутствие каких-либо лишних слов, это полноценное произведение, которое должно пронзать. Я показываю, что нахожусь на каких-то начальных ступенях, и будучи взрослым человеком продолжаю к этому серьезно относиться. Но есть поэты мощные, крутые, на которых мне бы хотелось равняться не в смысле их языка или изобразительных средств, а в смысле их очень быстрого развития. Но я тоже пишу, и никуда от этого деться не могу, есть люди, которым это нужно и я им за это благодарна. Сейчас будет выходить международный поэтический сборник, куда попросили мои тексты. Я их отправила, и мои тексты переводят и публикуют в разных изданиях, это приятно и наверное, это тоже кому- нибудь нужно. Так что это неотъемлемая часть жизни, я не работаю поэтом, потому что это не работа, но я продолжаю все время писать. У меня есть дочь, ей десять лет, она тоже пишет, и это удивительно, что это как-то передается, не потому, что меня копирует, видно, что не копирует. Она не знает, как этот процесс происходит, потому что мы часто все сидим, печатаем что-то в компьютере, а она это делает как-то сама, иногда что-то вдруг выдает устно или письменно, и ей это так же важно, как и мне. Это очень интересно.

Я думаю, что нет обстоятельств, которые не располагали бы к творчеству. Очень важно открыть глаза и рассмотреть. Важно не бояться воображать – это тоже мышца, которая тренируется. Профессиональный человек не может сказать: «У меня ничего не получается, я не буду делать, у меня нет вдохновения». Вдохновение – очень странная история, я не ориентируюсь на него. Атмосфера вокруг меня, безусловно, располагает к действию, меня окружают очень мощные люди, каждый из которых – самостоятельная единица, индивидуалист, и все они что-то создают в самых разных областях. Рядом с ними я чувствую этот поток силы, и мне хочется тоже создавать. Я надеюсь, что и я привношу им часть своей энергии в жизнь. Но когда никого нет рядом, наверное, мне тоже хорошо и хочется творить. Не помню периодов, чтобы была совсем пустота, это, наверное, нужно очень устать, настолько устать от всего и, может быть, в такие периоды не надо пытаться генерировать контент, а просто спокойно лечь и смотреть в небо.

Такой непростой вопрос – атмосфера. Наверное, мне повезло, потому что я живу в красивенном городе, с очень интересными людьми, как-то вот находятся. Они встречаются мне в моей жизни. Все, что я делаю, я делаю по собственному желанию, я люблю это делать. Я не работаю в будни и не отдыхаю в выходные, я работаю круглые сутки, по крайней мере, мысленно. Я себе составляю какие-то циклы, заставляю себя останавливаться, и в субботу, например, я ничего не делаю, руками не созидаю, но я при этом очень много думаю и продумываю наперед. Рождаются какие-то идеи, дальше я их фиксирую и потом внедряю.

Я чувствую себя обычным человеком, который распределяет свое время. Я думаю, что процентов, может быть, десять-пятнадцать своего времени, я отдаю безвозмездно на какие-то социальные проекты, не больше, наверное. Но это тоже много, и делаю я это не потому, что хочу быть каким-то активным членом общества или не хочу, просто у меня есть внутреннее чувство справедливости, желание разобраться. Поэтому я участвую с помощью каких-то колонок медиа, с помощью разных идей, и я стараюсь быть активной. Это иногда касается социальных проектов в области урбанистики, я не урбанист совершенно, я просто пытаюсь иногда немножечко помогать, как получается. Какие-то благотворительные проекты. Но вопрос в том, насколько я себя чувствую активным гражданином, думаю, что я просто неравнодушна к жизни, и я знаю точно, что если мы что-то делаем не только для своей квартиры, а еще выходим за пределы, то нам это неизменно возвращается и нам становится комфортнее жить, когда каждый прилагает усилия, мир меняется и становится немножко лучше. Это звучит идеалистично и кажется немножко лицемерным, но это вовсе не лицемерие, какое-то наблюдение за причинно-следственными связями. Я пытаюсь быть как все, наверное, просто разбираться и жить так, как я чувствую. Не потому что я себя позиционирую как гражданский активист.

Я себе представляю общество идеальным? Нет, но, по крайней мере, стоящим на очень высокой ступеньке. Безусловно, должно быть толерантным, интересующимся, обществом с новыми ценностями, они на самом деле не новые, они уже давно всеми придуманы, но, к сожалению, здесь они не магистральны. Я часто об этом повторяю, считаю, что ценность человеческой жизни должна быть во главе угла. Человека, как такового, любого, разного, не зависимо от его цвета кожи и ориентации и прочего. И мы кажемся толерантными, но только на поверхностный взгляд. Если копнуть глубже и побывать на войне или побывать в разных регионах Украины, становится очевидным, что здесь нет равенства ни между мужчинами и женщинами, ни среди разных ориентаций, нет уважения к детям, умения воспитывать детей. Нет понимания, самое главное, образования, нет культуры. Это все в итоге сводится к ценности человеческой жизни. Я бы очень хотела, чтобы она была. Самое главное, я вижу украинское общество уважающим друг друга, уважающим границы, доверяющим, когда мы готовы что-то делать, не опасаясь. Мне хочется, чтобы люди здесь были без этого страха в глазах, который очень заметен, когда возвращаешься из каких-то поездок, эта агрессия внешняя, она же все-таки является страхом, когда нам страшно, мы начинаем нападать. Вот этот страх мне хотелось бы как-то убрать. Мне бы хотелось, чтоб украинское общество уверенно и спокойно смотрело в будущее, потому что, когда мы что-то сделали, бывает так, поздно вечером идя с работы, думаешь: «Я молодец, я очень в себе уверен, я так хорошо поработал и честно, все правильно. Я собой горд. Мне даже хочется сейчас зайти в бар, встретиться с друзьями и рассказать им, какой я молодец». Чтобы каждый украинец будущего вот так себя чувствовал, потому что он выложился по-настоящему, честно. Не потому что он сейчас скосил бобла и решал вопросики, а потому что он работал и будет за это вознагражден. Вот таким я вижу украинское общество будущего.

Киев через какое-то время я хочу видеть очень зеленым, когда-то это был курортный город, сюда приезжали как в Кисловодск на воды, так же и в Киев отдыхать, после Чернобыля это закончилось. Киев – это город садов, холмов, здесь выращивали плодовые деревья, делали варенье, и это было такой торговой маркой города. Я его вижу таким, зеленым, курортным, расслабленным, это речной город. Я хочу, чтобы хотя бы у каждого десятого киевлянина была лодка. Мне хочется, чтобы здесь было мало транспорта, пусть это неудобно, я имею в виду автомобили, но есть велосипеды, было бы замечательно, хотя я адски боюсь велосипедов. У меня есть история детства, неудачная, когда меня сбил велосипедист, но я знаю точно, что это полезно не только для тех, кто на них ездит, но и для тех, кто дышит воздухом. Так что, Киев – город просторный и мне кажется, что количество автомобилей здесь чрезмерно на текущий момент. Делать парковки, стоянки в центре города – это совершенно бессмысленно и лишнее. Это притягивает автомобилей еще больше, нужно наоборот центр города разгружать, перекрывать, продумать какую-то логистику. Мне хочется видеть Киев будущего городом с какой-то ясной стратегией , который постоянно развивается, включает в себя старую архитектуру, но и новую тоже. Не высотки, направленные на то, чтобы быстрее заработать, а действительно мощные архитектурные проекты. Я бы хотела видеть Киев будущего с проектами молодых архитекторов, реализованными, я имею в виду, потому что на текущий момент я не знаю ни одного здания, построенного молодым архитектором, если мы не говорим о каких-то дачах. Что еще касается Киева будущего, возможно, здесь нужно перестроить все социальные здания, например, больницы, детские сады и так далее и сделать их человечными, нам нужны пандусы, нам нужно думать о людях самых разных. Возможно, здесь должен ходить общественный транспорт секунда в секунду, все-таки, этого тоже не хватает. В Киеве будущего будет высокая культура вождения автомобиля, и люди перестанут занимать автобусную полосу и будут останавливаться на «зебре», даже если никто не переходит дорогу. А еще, наверное, здесь все будет устроено для того, чтоб маленькие люди, дети могли себя чувствовать безопасно и комфортно. Много детских площадок, парки возле воды и ухоженный Труханов остров. Я это так представляю.