Игорь Гайдай о фотографии как инструменте сделать частное публичным

Для меня особенных интимных запретов в жизни нет. В основном все, что я бы не хотел показать людям, связано с чувством страха – я боюсь неадекватной реакции людей. Я не уверен, что люди не будут драться за это или уничтожать. А еще есть страх психической реакции, когда эта информация может убить человека. Другие люди, даже если они обросли еще какими-то чувствами, религиозными запретами, вызывают у меня раздражение. Я считаю, что человек запрещает и делает интимным слишком много вещей в своей жизни. Чаще всего, это какие-то страхи, закрытые стереотипами, общественными предрассудками. Цивилизация идет к тому, что она становится все более открытой. Если посмотреть, как люди относились к обнаженной натуре сто лет назад, становится понятно, что это все было, но оно сложно регулировалось. Человечество становится более свободным. То же самое можно сказать о вещах, связанных с семейными ценностями. Это только наше собственное представление о то, что любовь между двумя людьми должна быть информационно закрыта от других. А может совсем наоборот, она должна быть открыта, должна дарить радость своей энергетикой? Да, она направлена одна к другой между двумя людьми, но есть побочный эффект, который может дарить радость и другим людям. Обратите внимание, когда на улице среди толпы людей есть двое молодых людей, и они целуются – это очень интимный акт, но их видит несколько человек. Одним это приносит радость, а других ворчит, они проклинают их. Странная вещь. То, что хотя бы кому-то приносит радость, меня уже вдохновляет. Я считаю, что таких вещей нужно не бояться, а показывать. А люди переживают, что их могут сглазить, что они кого-нибудь раздражают, что кто-то будет реагировать, так же, как из-за обнаженного тела.

Я не считаю, что у человека есть какая-то часть тела, которая является срамной. Эти части тела ничем не отличаются друг от друга, просто у каждого своя функция. Но, тем не менее, существуют какие-то предрассудки. Общество потихонечку освобождается от них.

Фотографы идут иногда в авангарде всего этого, потому что их специальность связана с визуализацией. А что касается семей, которые я фотографирую, то их любовная связь является больше инструментальной, потому что идея была в том, что почти всем людям в течение жизни не хватает ощущения своей значимости и любви к себе. Если мы можем сделать такой талисман в виде фотографии, которая показывает безусловную любовь. А безусловная любовь бывает только в самые первые дни, после рождения ребенка, потом уже начинаются определенные условности. Причем это не говорит о людях плохо, это такое природное явление: чем больше человек живет, тем больше становится каких-то условий. За хорошие поступки – его любят, за плохие – его ругают. Поэтому у человека уже есть какие-то условности. А когда он только родился, его любят просто за то, что он существует. Это самое чистое чувство. И если у вас будет висеть фотография того, как на вас смотрит мама, обнимает и любит только за то, что вы есть, я думаю, в три годика, когда у ребенка происходит скачек сознания и чувств, такая фотография помогает ему ощущать, что он любим. Самое интересное, что не один год прошел с момента проекта, но эти фотографии действительно работают. У всех тех семей, с которыми мы работали, теперь висят такие фотографии, и дети видят их. Они растут и есть визуализация безусловной любви. Такой была идея. И все эти люди были не против, чтобы фотографии находились на выставке, напечатали их в книге. Она помогает даже тем людям, которые ждут, например, мамы ждут детей. Часто эту книгу покупают или мы просто ее дарим.

Фотография – это особая деятельность. Очень часто люди ведут споры о том, искусство это или не искусство. Для меня этот вопрос не так актуален, потому что я знаю, что фотография – это не искусство. Фотографией называют и технику, что-то сделать с помощью фотокамеры и отпечатков – это фотография. И фотографией я называю саму дисциплину, как такое занятие, которое не менее интересно, чем искусство. Почему я различаю эти вещи, потому что слово искусство означает нечто сотворенное человеком, что-то чего не сделала природа, искусственная вещь. Фотография тоже имеет признаки сотворенного человеком, потому что мы открыли фотоаппарат, но на самом деле отличается от всех других видов, потому что фотография не может существовать без реальности. Фотография с помощью реальности и искусства, с помощью своей фотографической техники переводит изображение в двумерный отпечаток, который можно повесить на стене. Внешне это очень похоже на искусство, потому что картины –такая же графика. Но на самом деле разница огромная, потому что художник на картине может выдумать то, что написал. Он может выдумать лицо, которого не существует, может придумать фрукты, вещи, животных, а фотография всегда имеет дело с тем, что существует реально. Поэтому фотография – это не совсем искусство, а особый вид творчества, и особенностью этого творчества являются исследования. С помощью фотографии можно исследовать жизненные явления и то, что можно не увидеть в силу каких-то технических или психических возможностей человека. Например, какие-то короткие мгновения, которые человек не может увидеть глазом, на этом, к стати, основано кино. Человечество превратило в достоинство то, что 24 коротких, последовательных мгновения складываются в киноизображения. Я помню, когда увидел первый раз фотографию капли молока разбивающейся о поверхность. Человек до фотографии никогда не мог этого увидеть. Он не знал, какой формы капля воды, дождь. Оказалось, она не длинная или круглая, а наоборот, немного плоская. Фотография открывает нам природные явления, и исследовательская способность фотографии сейчас используется и в художественном, творческом, плане, потому что мы можем с помощью фотографии делать проекты, которые исследуют явления. Может это и не научные исследования в буквальном смысле, тем не менее, без нее современной науки нет вообще. Современная наука очень активно пользуется этим инструментарием. И такая фотография меня очень интересует.