Анна Шерман. «За каждым из великих собраний стоит личность коллекционера»

Коллекционирование предметов искусства, коллекционирование исторических артефактов, культурно-исторических предметов, связанных с историей, культурой народа – всегда было очень важным, очень значимым, очень престижным занятием. И, если мы посмотрим на современный мир в том виде, в котором он сегодня встречает, со всеми теми музеями, объектами культурно-исторического наследия, собраниями искусства, то мы увидим, что за каждым из этих величайших собраний, которые сегодня составляют гордость всемирного наследия, стоит личность коллекционера. Увлеченного, активного человека, который посвятил время, силы, душевную энергию, колоссальные финансовые средства, организационные усилия собранию и сохранению культурных ценностей.

Если мы говорим о вкладе частных коллекционеров в культурную, духовную, просветительскую, научную жизнь общества, то она бесценна, безмерна. Этому есть много примеров, мы можем обращаться к опыту, к истории мировых музеев, в Лувр, в Метрополитен музей, Британский музей. Мы можем говорить о киевских украинских музеях, музее русского искусства, музее западного и восточного искусства им. Богдана и Варвары Ханенко. Вообще вклад семьи Терещенко во вклад вообще, в культурный облик современного Киева, то мы увидим, что в общем-то, в этом смысле Украина целиком и полностью органично входит в такой мировой и европейский контекст. И на сегодняшний день журнал антиквар, которым я руковожу, мы готовим презентацию, старт такого проекта – хотим инициировать создание в Киеве общественного музея частных коллекций.

В самом начале у нас эта история, но уже в октябре выйдет номер журнала антиквар, посвященный этой теме, в котором будут собраны интервью со многими крупнейшими частными коллекционерами Украины, которые выскажут свою точку зрения, свое видение такого музейного пространства, которое позволит не только представить широкой публике результаты многолетних усилий коллекционеров по разным направлениям, но и позволит поднять вообще сам этот процесс, поднять его, как бы, социальное звучание. И, может быть, это у нас такая задача максимум. Возможно, нам удастся донести и до широких масс общественности, и до руководителей нашего государства такую в общем-то достаточно простую мысль, что и культурно-информационная политика нашего государства, и национальная идея, как таковая, они во многом, в основном базируются на том мощном фундаменте, который представляет собой культурно-историческое и художественное наследие. И именно частные коллекционеры, которые в наших очень непростых условиях продолжают собирать предметы искусства и предметы истории, и ведут колоссальную работу по музеификации этих собраний, колоссальную выставочную работу, что это дело государственной важности. Вот это то, на чем мы сейчас работаем. И нам бы хотелось в перспективе, чтобы это было такое открытое выставочное пространство, в котором мультидисциплинарные выставочные проекты найдут свое отражение. То есть, где будут соседствовать и предметы археологии, и современное искусство, живопись и графика, и артефакты культурно-исторические, и живопись классическая украинская. То есть, все то, что существует сегодня в частных коллекциях и зачастую не имеют возможности быть представлены широкой публике м мы бы хотели путем такой консолидации частных коллекционеров, как самых активных и сознательных интеллектуально и духовно развитых представителей нашего общества, то есть, по сути, это и есть интеллектуальная и духовная эта элита общества.

Ведь, кто такой коллекционер? Что сегодня представляет из себя личность коллекционера? Прежде всего, это человек самодостаточный и успешный. Человек, создавший бизнес, который позволяет ему вкладывать средства в новые приобретения для пополнения своей коллекции. При этом, есть люди успешные, есть люди состоятельные, но не все из них предпочитают вкладывать деньги в искусство и культуру. А личность коллекционера, она тем и ценна, что это люди, которые осознали важность этих вложений, для которых эта духовная потребность – есть естественное и органичное. То есть, это осмысленное вложение средств, в культуру, в искусство, в просвещение.

Поэтому этот наш проект, о котором я говорю – общественный музей частных коллекций, он, как нам видится, положит начало и консолидации вот таких людей, и их совместным каким-то действиям и решениям, которые послужат и усовершенствованию законодательной базы в плане легализации и популяризации частных коллекций и, как таковому сохранению культурных ценностей. Это поддержит и государственные музеи каким-то образом, которые тоже смогут принимать участие в этих выставочных проектах, потому, что все мы знаем, что с государственными музейными фондами сегодня во многом беда. В основном за счет того, что им не хватает средств на их содержание, на сопровождение их деятельности. На самом деле, это такой достаточно трагический и драматический феномен, судьба частной коллекции после жизни. Мне попался такой хороший материал на эту тему. Он назывался «есть ли жизнь после жизни», и речь в нем шла, как раз о судьбе частных собраний, в том числе и тех, которые при жизни коллекционеров были в достаточной степени обеспечены именно в публичном статусе. То есть, на сегодняшний день количество частных коллекционеров, у которых коллекция не выходит, как бы, на публичный уровень. Мы не знаем, сколько в нашей стране этих коллекционеров. Надо понимать, что это деятельность достаточно специфическая, и не все рискуют выступать публично и публиковать предметы своей коллекции, публично выставлять их, публично заявлять о собственности на те, или иные предметы старинного искусства. То есть, это небезопасно в нашем обществе. Небезопасно с каких-то криминальных соображений. В том числе небезопасно и с точки зрения не регламентированной законодательной базы. То есть, этот механизм легализации частных коллекций, он у нас в недостаточной степени разработан. Он, по сути, не действует.

Я много лет, почти девять лет, занимаюсь изданием журнала «Антиквар» и общаюсь с большим количеством людей, которые занимаются частными коллекциями. Не только с самими коллекционерами, но и с людьми, которые работают с этими коллекциями. Потому, что жизнь коллекции – она очень разнообразна, многообразна. Купить и поставить – это не есть миссия коллекционера. Предметы изучаются, предметы описываются, предметы реставрируются, предметы вводятся в научный обиход, предметы выставляются. Это все колоссальная работа, в которой занято большое количество специалистов, работающих с частными коллекциями. И когда мы, кстати, говорим о финансовых вложениях коллекционера, то они не ограничиваемся только суммами, за которые эти предметы приобретаются. Потому, что даже, скажем, экспонирование предметов, он требует и изготовления выставочного оборудования, и оформление сопровождающей документации, и транспортировка. То есть, это все затраты: организационные, финансовые, которые действительно, государственного масштаба. И то, что на сегодняшний день находится достаточное количество людей, продолжающих этим заниматься на свой страх и риск, на самом деле. Так, как у них нет шанса рассчитывать на благодарность современников и потомков. Тут, как говорится, лишь бы по голове не били. Но, тем не менее, существует музей Духовные скарбы Украины, в котором крупнейшая коллекция украинской иконы. Занимается этим собранием Игорь Тарасович Пономарчук. Существует крупнейшая сфрагистическая коллекция Алексея Шереметьева, который ведет очень активную выставочную деятельность и на сегодняшний день каждый желающий может ознакомиться, наверное с самой технологически продвинутой исторической экспозицией, которая выставлена в Национальном историческом музее – выставка «Тисяча років української сфрагістики». Это выставочный проект, который разработан с применением современных высоких технологий, то есть, с электронными сенсорными панелями, на которых каждая печать увеличивается, может рассматриваться. И постоянно происходят издательские проекты – коллекционеры издают каталоги своих собраний, проводят пленэры. Например, есть прекрасный коллекционер Борис Викторович Гринев, вместе со своей супругой Татьяной Болеславовной, они коллекционируют современное искусство. И при этом тратят много времени и усилий на то, чтобы в современном искусстве продолжать традиции классической украинской живописи. Они очень много лет проводят пленэры путями Васильковского. Классик украинской живописи Васильковский, и по тем пейзажным мотивам, по этим местам супруги Гриневы возят современных художников, и они рисуют вот те же пейзажи, те же какие-то архитектурные объекты, издаются каталоги этих пленэров. То есть, это колоссальная просветительская деятельность. Поэтому, конечно же, мы можем говорить о моральном долге коллекционера к публичной деятельности, но, на самом деле, это больше, чем моральный долг. Это – естественная потребность. Коллекция не может полноценно существовать без публичного доступа. Потому что, в конечном счете, да, есть вот этот первый импульс, как бы, приобрести, сохранить, спрятать, укрыть от посторонних глаз. Но по мере того, как коллекционер развивается, а коллекционер, как любой человек, как любой специалист – это, в общем-то, профессия на самом деле, развивается и доходя до определенной ступени осознанности своей деятельности, безусловно, он стремится к публичности. И, безусловно, большинство частных собраний оказываются в конечном итоге в государственной собственности, как это можно сказать, но, в общем, становится предметом общественного достояния. Мы говорили уже о том, что в основе всех публичных музеев, в том числе, в нашей реальности, государственных музеев лежат частные собрания. Никто с тобой ничего не забирает. И, безусловно, каждый коллекционер был бы счастлив, иметь гарантии, например, от государства, что его коллекция будет сохранена в своей целостности и будет экспонироваться, и будет обслуживаться, и будет служить людям.