Алексей Смирнов: “В Украине научной журналистики практически нет”

Прежде, чем начать наш разговор о научной журналистике, я бы хотел привести пример из реальной жизни. Представьте себе, есть некая учительница, которая преподает в школе, человек, который позиционируется как достаточно интеллектуальный человек. Тем не менее, она приходит домой и начинает структурировать воду, потому что она где-то получила информацию о структурированной воде и по утрам пьет водичку из холодильника. Мы даже не понимаем, что в этом заложен какой-то маленький элемент нереальности, которая происходит прямо сейчас, на наших глазах. Человек, который должен учить, постигает псевдонаучное учение, а потом идет к детям. Таких учителей немало, их очень много в нашей школе и вот они таким образом воздействуют на детей, которые перенимают их уровень мышления, их уровень работы с научной информацией и с этим идут в будущую жизнь. Не секрет, что уровень образования в нашей стране, к сожалению, опускается и опускается.

В 1993 году подобный факт заметили англичане у себя, у них тоже начало падать качество среднего и высшего образования в стране, и они стали искать причину того, почему это происходит. Что интересно, это было связано с тем, что начался отток мозгов из Великобритании. Государство не поддерживало науку таким образом, чтобы ученые могли в ней иметь нормальные средства для того, чтобы проводить свою научную деятельность. Поэтому начался мощный отток в Америку, и правительство Великобритании в 1993 году даже приняло специальный ряд мер для того, чтобы остановить этот печальный процесс, который наблюдался в британской науке. Было создано несколько специальных структу,р и очень много денег было вложено именно в научную журналистику. Представьте себе, ВВС в 1989 году имело всего лишь два журналиста, которые писали о науке. Если мы посмотрим на это сейчас, их 30 человек в штате ВВС. Причем они говорят, что они завалены работой, научной информации намного больше, чем новостной информации.

Англичане придумали еще один интереснейший ресурс, который называется Alpha Galileo. Мало кто из наших украинских журналистов знает об этом ресурсе и даже не представляет себе, что на нем публикуются пресс-релизы, научные пресс-релизы практически со всей Европы и Соединенных Штатов Америки. Там же подается информация о видеоконтенте интересном, который можно скачать и использовать на своих ресурсах. Мы об этом не знаем. Наши журналисты, которые в Украине работают, редакторы сайтов, которые публикуют научные новости, обычно вбивают в Гугл «наука, ученый» и качают это все из интернета, обычно с российских сайтов, а российские сайты болеют теми же проблемами, как и наши украинские.

Discovery Channel начал вещать в 1985 году, но даже тогда этот канал выпускал в эфир выпуски программы «Время» советские. Настоящим научно-популярным каналом он стал только в 90-х годах. Американцы тоже были сильно обеспокоены научной журналистикой в своей стране, и об этом говорит то, что появились многие новые каналы. National Geographic – 1997 год начало вещания. Если мы возьмем европейские каналы, то такой канал как Da Vinci Learning у нас работает с 2007 года, если я не ошибаюсь. Мы видим скачок науки, ее активное развитие, ее широкое распространение, которое началось в западных странах на стыке тысячелетий, оно характеризовалось и повышенным интересом средств массовой информации. Какие средства массовой информации у нас сейчас действуют, по каким можем получить научные сведения? Раньше это были бумажные масс-медиа. Я помню хорошо советские времена, сам выписывал журнал «Наука и техника» для детей, был прекрасный журнал «Знание – сила», и мы можем только мечтать о тех временах, что тогда была такая интересная информация, где была немного упрощенная для детей и достаточно сложная в журналах, которые были близки к науке. Сейчас этого нет, сейчас пресса стала больше раздаточной литературой, которую оседлали целиком «желтые» масс-медиа, и там о науке мы ничего не найдем, кроме информации про экстрасенсов и о любой другой псевдонаучной деятельности. То же самое можно сказать о радио, которое теряет свою популярность просто из-за того, что телевидение и интернет мощно перехватили инициативу. На сегодня именно научная журналистика сосредоточена в основном на телевидении и в интернете, на интернет ресурсах, которые так или иначе подают эту информацию. Это новостные ресурсы либо это ресурсы, целиком специализирующиеся на науке.

Давайте себе представим эти целевые аудитории, на которые работают наши средства массовой информации. Я не буду говорить, какие конкретно, мы возьмем все вместе, включая бумажные. Представьте себе одну сферу недостаточно огромную, маленькую – это сфера, в которой находятся люди с достаточно высоким коэффициентом интеллекта. Они способны понять информацию, которая подается научной терминологией, и тот журналист, который пишет, он знает, что его прекрасно поймут ученые. Следующая сфера намного больше – это сфера людей, которым информацию нужно упрощать. Им не нужны научные термины, нужно просто растолковать, какие процессы происходят, что именно делают ученые, и чего они хотят добиться, самым простым языком. Третья сфера – это наука для развлечения, где люди воспринимают, как бы привести такой пример… Давайте посмотрим тот самый эксперимент, который проводил известный ученый Гейм, обладатель и Нобелевской, и Гнобелевской премии, которая у нас называется Шнобелевская. Он для того, чтобы привлечь какой-то интерес медиа к своей работе, просто поместил лягушку между двумя электромагнитами, и лягушка левитировала. Левитация лягушки – это как раз информация для вот этой массы, которая: «Ох прикольно, лягушка летает!» Почему она летает и каким образом это происходит, их не интересует, им главное, что прикольно. Другой аудитории будет интересно, почему она летает, и когда ей объяснят, что для этого используется два электромагнита, она поймет. А для этой аудитории можно просто показать эту лягушку, они уже сами догадаются, додумаются, о чем тут говориться в научной статье. Вот такие сферы воздействия научной журналистики существуют в любой стране. Если, скажем, те каналы, о которых мы говорили, Discovery, National Geographic, они в основном на центральную сферу ориентированы, они сознательно упрощают информацию, чтобы общество понимало эту научную информацию, оставалось с ними и слушало их. Если в других странах, западнее нас, все научные статьи, научные каналы работают на эту центральную сферу, то в нашей стране, разве что мы переводим на украинский язык Discovery, Da Vinci и другие каналы. В нашей стране, в основном, средства массовой информации работают вот на эту сферу, на сферу, которую я бы назвал сферой электората, которая не может критически мыслить, которой нужно просто показать. К сожалению, в большей мере наши средства массовой информации также и финансируются. Большая часть наших средств массовой информации – эта целевая аудитория, и редко кто работает на ту, которая хотя бы немножечко может критически мыслить. И очень мало, практически ничего, ни платится, ни вкладывается, ни инвестируется в эту аудиторию. Хотя нам важны вот эти две аудитории, чтобы мы могли их сдвинуть, и на этом пересечении у нас бы появлялись люди, которым была бы интересна наука, и они хотели бы ею заниматься и шли именно сюда, в зону высокого интеллекта. Увы, мы пока пытаемся сдвинуть в нашей стране эту сферу к сфере электората, который не думает и идет за популистами, за кем угодно, лишь бы была красивая картинка, лишь бы лягушка летала в воздухе.

Давайте вспомним советские времена, еще раз вернемся туда. Какие были у нас прекрасные телевизионные передачи и кто их вел. Их вели ученые. Была замечательная передача «Вокруг света», ее вел Сенкевич. Была передача Капицы, где он прекрасно рассказывал людям о секретах науки. Это были имена, и они были на слуху. А какие научные журналисты сейчас известны в Украине? Это риторический вопрос. У нас известны имена журналистов только тех, которые сейчас либо работают в Верховной Раде, либо работают при каком-то телеканале, я не буду сейчас говорить имен, просто чтобы не пиарить никого. Но вы, я думаю, догадались, кто эти люди. А у нас, в Украине, журналистики практически нет. Абсолютно нет научной журналистики, потому что тех, кто пишет статьи в наших изданиях, перечислить можно по пальцам. Раз, два, три, четыре, пять, сколько я знаю, я могу назвать пять человек, ладно, шесть, семь, восемь. Десяток наберется. Остальные – это либо блогеры, которые пришли из науки, те ученые, у которых болит сердце за науку и они хотят поделиться с людьми и стараются своей активной деятельностью, как Антон Синенко, например, этому способствовать. Он очень много делает для того, чтобы рассказать о науке людям, но он, увы, не известен во всей стране, о нем не знают в Мироновке, о нем не знают в Лозовой, о нем не знают в Яворове около Львова. А вся суть в том, что наша научная журналистика должна дойти до людей в этих маленьких городках. Те научно-популярные проекты, которые у нас существуют, их тоже можно отнести к какому-то медиа давлению на общество, охватывают лишь центральные города. Эти замечательные проекты, которые у нас существуют, как «Наукові пікніки», «Дни науки», они проходят минимально по времени и точечно – Киев, Харьков, Львов, Одесса, все. А что делать в Нежине, а что делать в Немирове? К сожалению, основная масса наших людей и очень талантливых людей, которые могут находиться в провинции, она не охвачена вот этим научным давлением на население Украины. Каким образом из этого выходить, понимаете, даже в наших университетах, где преподают журналистику, у нас нет даже элементарного курса научной журналистики. Это просто катастрофа, потому что выпускник факультета журналистики приходит в средства массовой информации, проплаченные олигархами, которые работают по «желтым» принципам. Его сразу вставляют в эту формулу пяти С: страх, смерть, скандал, сенсация, секс. Сейчас откройте какой-нибудь новостной ресурс, тот же Ukr.net, зайдите в раздел «Наука» и посмотрите список заголовков, которые предлагает этот раздел. Там ученые просто обхохочутся. Там могут рассказывать о научной пользе оргазмов, даже этого достаточно. Это очень печально. Люди не знают, что такое наука. Журналисты не знают, что такое наука, и поэтому ученые, а мы много и часто общаемся с учеными в нашем проекте, они нам рассказывают, что боятся журналистов, потому что они приходят с какой-то парадигмой мышления в голове, и они будут писать именно про то, что они задумали, а не о том, что есть на самом деле. Естественно, они пишут то, чего нет на самом деле, а потом ученые говорят: «Нас переврали, нас оболгали» и так далее». Это проблема нашей научной журналистики.

Мы думаем, что необходимо предпринимать какие-то шаги, чтобы исправить эту ситуацию. Должна быть наша школа украинской научной журналистики. Есть смысл пойти по американскому пути, которые создали ассоциацию научной журналистики, они подняли до большой высоты такую специальность, профессию, как сайнс-райтер, и опыт этот надо перенимать. Они организовали, во-первых, массу курсов по научной журналистике, они продумали тематику научных программ для высших учебных заведений, она преподается, преподается именно так, что на факультете биологии вы можете получить еще и специальность журналиста в Соединенных Штатах Америки. Там уже заранее готовят ученого или журналиста, который понимает проблемы науки. Нам этим надо заниматься. Надо создавать подобную ассоциацию, которая проводила бы такие школы, которая организовывала бы курсы, поездки, какое-то медийное обучение и кроме того, было бы неплохо нам учредить премию по научной журналистике, чтобы у нас получали каждый год лучшие работы. Это же прекраснейший пример, великолепно написанная работа отмечается, и естественно, любой журналист для того, чтобы победить в следующем году, будет писать лучше, качественнее и интереснее. Тогда у нас будет какой-то толк. Вот так, думаем, что у нас с научной журналистикой будет впереди все хорошо, но надо всем взяться и сделать это хорошо.